Авторизация
 

Забыцца нельга. Пра жахі лагера Равенсбрук расказаў сын вязня

 Через страшные муки лагеря Равенсбрюк пришлось пройти уроженке Миорщины Надежде Романовне Пирог (Барейка). О нашей землячке рассказывает журналистка из России Людмила Цветкова, которая много пишет об участниках и жертвах Великой Отечественной войны. Недавно Людмила познакомилась с Петром Пирогом, полковником, участником войны в Афганистане. Петр Павлович живет в Бобруйске. Он и поведал историю своей матери, которой корреспондент череповецкой районной газеты «Сельская новь» делится с читателями «Миорских новостей».

«Именем многих тысяч жертв, замученных, именем матерей и сестер, превращенных в пепел, именем всех жертв фашизма клянемся! Именем солнца, именем света, именем жизни клянемся! Никогда не забывать черную ночь Равенсбрюка. Детям детей рассказать обо всем. До конца своих дней дружбу крепить, мир и единство. Уничтожить фашизм. В этом девиз и итог борьбы». Это клятва, данная узницами Равенсбрюка весной 1945 года в день освобождения концлагеря частями 49-й армии 2-го Белорусского фронта.

– В память о своей матери, выжившей в том аду и, исполняя наказ ее подруг по несчастью, хочу поведать молодому поколению историю своей семьи, изрядно потрепанную фашизмом, – начинает разговор Петр ПИРОГ.

Последняя встреча –
за колючей проволокой

Незадолго до Великой Отечественной Надежда Романовна вышла замуж за Николая Михайловича Пирога. Жили в деревушке Лесниково на Миорщине, мечтали о счастливом будущем. Как вдруг – война!


– Брат Николая Михайловича – Владимир – ушел в партизанское сопротивление. Мама с мужем, оставаясь в деревне, поддерживали с ним связь и оказывали посильную помощь, – рассказывает Петр Пирог. – Среди односельчан нашелся предатель, подставивший нашу семью под удар. Николая арестовали. Когда мать узнала о его задержании, поспешила в Дриссу (Верхнедвинск) к немецкому начальству ходатайствовать об освобождении мужа. Она не сразу поняла, что их выдали свои, и была уверена в том, что вернется назад вместе с Николаем. Вместо этого ее заключили под стражу как пособницу партизан.


Фашисты сформировали группу из арестованных для отправки на принудительные работы в Германию. Сначала людей привезли по железной дороге в промежуточный лагерь Саласпилс. Здесь мама среди множества заключенных увидела мужа и через колючую проволоку успела сообщить ему о своей беременности. Это была их последняя встреча. Судьба Николая Михайловича нам неизвестна.


Из Латвии Надежду Романовну с другими соотечественниками морем переправили в Заксенхаузен. Пройдя там очередную сортировку, она была определена в женский концентрационный лагерь Равенсбрюк, построенный перед войной по личному указанию рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера в 90 километрах от Берлина.

Безжалостный, бесчеловечный
Равенсбрюк

В первый же день всех узниц стригли наголо, каждой давался номер. С этого момента женщины не имели имени. Летом и зимой они были одеты в полосатые платья и обуты в деревянные башмаки. Позже комендант и вовсе заставлял большинство заключенных, занятых на работах вне лагеря, ходить босиком, невзирая на холод. Многие погибли от обморожений. Другие умирали от туберкулеза. Лагерь был переполнен, и в бараки, рассчитанные на 120 человек, загоняли по 800 – 900 узниц. Разбитые стекла в окнах не заменяли, разрушенные крыши не ремонтировали. Дождь и снег падали прямо на постели.


В основном заключенные работали на швейных предприятиях Равенсбрюка, где изготавливалось 80 % всего обмундирования для войск СС. Также женщины строили дороги и дома неподалеку от лагеря, разгружали баржи на озере и вагоны на вокзале в Фюрстенберге, убирали снег, сгребали песок либо работали в имениях у местных кулаков – гроссбауэров. Каждая узница, по приказам лагерфюрера, должна была давать доход 5 – 6 рейхсмарок в день. Работа длилась по 12 – 14 часов, независимо от погоды. Эсэсовцы морили людей голодом и жаждой, заставляли истощенных и больных узниц трудиться до изнеможения, а когда те падали от бессилия, на них спускали собак, рвавших на женщинах одежду и тело.


Ежедневно в середине ночи звучала сирена. По ее сигналу «блоковые» криками и ударами начинали поднимать заключенных. Через 30 минут все должны были выстроиться на улице для поголовной переклички. Производилась она трижды в сутки: с 4 до 7 утра, с 12 до 13 и с 19 до 21. В общей сложности – шесть часов. На переклички – в какое бы время года они ни проходили – разрешалось являться только в жакете, надетом на короткое ситцевое платье без рукавов, и в башмаках на босу ногу.


Одним из средств массового уничтожения людей был голод. Вот выдержки из книги «Они победили смерть», написанной бывшими узницами Равенсбрюка: «Кормили нас так, что мы завидовали собакам. Им давали даже мясной бульон, а нам доставалась только брюква с водой да 200 граммов хлеба с древесными опилками»; «сколько раз мы проходили мимо свинарника на берегу. Ветер доносил до нас запах картофельных очистков, которыми были наполнены корытца. Как бы обрадовалась каждая из нас, заполучив «еду», предназначенную для скота. Но даже это было несбыточной мечтой».


В 1944 году лагерь посетил Гиммлер. Он приказал уничтожить всех больных, не способных передвигаться. Обреченным выдавали розовый билет, официально означавший освобождение от работ. Неофициально – крематорий или газовую камеру. Врачу Трайте для постановки «диагноза» было достаточно седых волос и опухших ног у женщин.


На территории лагеря располагался госпиталь – ревир, там эсэсовцы производили отбор на уничтожение. Люди здесь лежали на нарах вповалку. Среди них были и туберкулезные больные, и с открытыми гнойными ранами, и с кишечными расстройствами. Каждому ослабевшему давали порошок с ядом или делали смертельный укол. Немало узниц отбирали «врачи» СС для медицинских опытов.

 Зверская жестокость
к детям

Самым страшным преступлением фашистов было убийство детей. До появления блока для новорожденных поступление беременных женщин в Равенсбрюк запрещалось. Если они все же оказывались в лагере, им принудительно делали аборт либо безжалостно, порой на глазах у матерей, убивали только что появившихся на свет младенцев. Немецкая коммунистка Ш. Мюллер описывала один из примеров зверской жестокости персонала к детям: «Вдруг входит старшая медсестра с новорожденным на руках, распахивает дверцу топки и, бросив в нее живого ребенка, молча удаляется».


Лишь с сентября 44-го роды стали принимать в специально оборудованном бараке – ревире № 11. Воспоминания одной из рожениц: «Блок был ужасен во всех отношениях – не обогрет и грязен. В той же самой комнате, где лежали новорожденные, врач принимал пациентов с респираторными заболеваниями. На протяжении всей ночи груднички оставались без присмотра. Температура в помещении не превышала 10 градусов. С риском для жизни я выкрала ночью ключ от комнаты, где находились дети, и, открыв ее, была потрясена увиденным: по кроваткам малышей бегали паразиты, заползая им в нос и уши. Большинство крох лежали нагишом, выбившись из пеленок, и кричали от голода и холода. Детская смертность была страшная».

Похоронила сына в ящике

В родильном бараке велась книга учета, где отмечались новорожденные. С 1944-го по апрель 45-го в ней было зафиксировано 560 детей различных национальностей. Большинство из них погибли в первый же месяц. Вероятнее всего именно в этот период поступила в лагерь и Надежда Романовна Пирог.


– В неволе у мамы родился сын – здоровый и крепкий малыш, – продолжает Петр Павлович. – Ни беременные, ни только что родившие узницы не освобождались от работы и многочасовой переклички. Детей на это время приходилось оставлять без присмотра, плотно уложив их друг к другу поперек кровати. После трудовой смены женщины бежали к своим малышам, зачастую находя их уже мертвыми. Такое несчастье постигло и маму. Как-то зимой она решила искупать ребенка. На сквозняках, гулявших в помещении, мальчик простудился. Мама долго не могла похоронить его. Так и спала с мертвым сынишкой несколько дней в одной постели. Однажды утром взглянула на него и пришла в ужас – все личико съели крысы. Тогда мама пошла к заключенным мужчинам, работавшим неподалеку от них. Попросила одного из русских узников сколотить хоть какое-то подобие гробика. Тот у хозяина в сарае оторвал ящик, в котором неслись куры, и отдал ей. В нем и похоронили моего старшего брата.


Очень похожую историю в 1984 году рассказывала одна из бывших узниц в документальном фильме М. Мамедова «Женщины из Равенсбрюка»: «Вместе с шестью другими матерями меня отправили на работы в имение. Сначала мы жили в неотапливаемом подвале, а потом в чердачной клетушке, такой же холодной. Спали на соломе, кишевшей червями. Наши малыши таяли на глазах. Пеленок не было. Чтобы завернуть во что-то детей и обогреть их, мы крали мешки. Днем и ночью, не боясь нас, по помещению бегали крысы. У одной женщины умер мальчик. Зима: грунт промерз, и мы не могли выдолбить ямку для него. Как-то собирались на работу, и вдруг раздался страшный крик Нади. Как она плакала…»

Враги поделились пайком

Весной 45-го в небе над Равенсбрюком стали появляться наши самолеты, с них сбрасывали листовки для заключенных от бойцов Красной армии с просьбой продержаться еще немного. Узнав, что войска противника уже рядом, руководство лагеря включило «машину смерти» на полную мощь. Не дожидаясь прихода своих, женщины из русского барака ночами делали подкоп под электростеной. Рыли его голыми руками, палками, ножницами, только бы поскорей вырваться из этого ада.


– Уже все отчетливей слышался гул орудий. Наши войска с боями прорывались к Берлину, – пересказывает Петр Павлович воспоминания мамы. – Немцы потеряли бдительность, и женщины, пользуясь ситуацией, стали небольшими группами покидать лагерь через прорытую ими траншею. Ушли первые узницы. Видя, что их не вернули, за ними отправились следующие, в их числе была и моя мама. Одна из ее подруг, забыв обувь, решила вернуться. В этот момент началась бомбардировка. Мать от разорвавшегося рядом снаряда присыпало землей, а ее спутница погибла. Оставшиеся в живых побежали к лесу. Там наткнулись на вооруженных фашистов и бросились наутек. Но немцы, не проявляя к ним агрессии, лишь кричали вслед: «Гитлер капут!» Тогда узницы остановились. Вчерашние враги даже разделили с беглянками свой паек. Затем, добравшись до железной дороги, мама с подругами запрыгнули в поезд, медленно поднимавшийся в гору, и отправились на родину.

Внимая маминым словам

Казалось, все потрясения позади, но в Лесникове Надежду Романовну ждала новая беда: вместо стен родного дома ее встретило пепелище. Приютили односельчане. От земляков узнала, что им здесь пришлось немало натерпеться. Рассказывали страшные вещи. В одной деревне каратели распяли на заборах грудных детей. В другой загнали всех жителей в сарай и сожгли. Перед тем, как сгореть вместе с остальными, одна женщина, пытаясь спасти крохотную дочь, выбросила ее в кусты. Но фашист заметил малышку, поднял ее за ножку, ударил головой об угол и бросил в пламя. Вырвавшуюся из сарая женщину догнали, подняли на штыки и кинули в огонь...


– После войны мама еще долго ждала Николая, а потом ее позвал замуж его брат – мой папа, – продолжает Петр. – В 1952-ом у них родился сын Павел, названный в честь отца, а сразу за ним – в 53-ем – на свет появился я. Мой папа тоже прошел через немецкие лагеря, только рассказать об этом ничего не могу – он не делился воспоминаниями. Знаю, что был угнан на работы в Германию. О том, что им пришлось пережить в войну, я впервые услышал на праздновании дня Победы. Мне тогда было лет восемь. Утром председатель колхоза Чувиков Аким Алексеевич приехал за мамой на своей машине «ГАЗ-69» и лично отвез на митинг в деревню Долгиново, где возле памятника Воину-освободителю собралась вся округа. Мама сквозь слезы рассказывала с трибуны землякам о своей горькой доле. Люди слушали и плакали. В тот момент мне хотелось бежать к ней, чтобы поддержать, но я и протиснуться не смог сквозь толпу. Встал возле динамика и впитывал каждое слово мамы. Ее плач раздирал детскую душу. Думал тогда: вырасту и отомщу фашистам! Так зародилась мечта – стать офицером, защитником Родины.

«По щекам
катились слезы»

Сегодня Петр Павлович Пирог – полковник в отставке, участник войны в Афганистане.


– В 1974 году, окончив Ленинградское высшее общевойсковое командное училище, я был направлен на службу в Германию, – вспоминает он. – Побывал и в Равенсбрюке. На территории бывшего концлагеря создан национальный мемориальный комплекс, включающий подлинные объекты истории. Уже на входе сердце сжалось от встречающей посетителей звукозаписи с голосом Левитана: «С большим благоговением склоняем наши головы перед узниками…» По щекам катились слезы. Все увиденное приводило в ужас. Даже спустя 30 лет на трубах крематория, неподвластный дождям, сохранялся слой сажи, накопившийся на них за время действия душегубки. По различным оценкам, в Равенсбрюке были замучены от 50 до 92 тысяч человек. Маме посчастливилось выжить. Она умерла в 1990 году в возрасте 79 лет. Похоронена в Леонполе.

***
Закончить рассказ будет уместно словами чехословацкого журналиста, антифашиста Юлиуса Фучика, казненного в гестаповских застенках в 1943 году: «Об одном прошу тех, кто переживет это время: не забудьте! Не забудьте ни добрых, ни злых. Терпеливо собирайте свидетельства о тех, кто пал за себя и за вас… Каждый, кто был верен будущему и умер за то, чтобы оно было прекрасно, подобен изваянию, высеченному из камня».

Фотоматериал из архива Петра ПИРОГА.

Людмила ЦВЕТКОВА, г. Череповец, Вологодская обл., Российская Федерация.

Читайте полностью в № 37 районной газеты, электронный вариант здесь.

рейтинг: 
Пакінуць каментар
Мы ў сацыяльных сетках

  • да 2018
  • 2019
  • Камэнтуюць
  • Актуальна
  • Чытанае

Рэцыдыў

  • 09 ноябрь 2010, 11:17
  • 98 370
  • 0

Інвестыцыйны форум

  • 23 сентябрь 2011, 10:05
  • 88 983
  • 1

Злавілі рыбку, ды… залатую

  • 28 февраль 2011, 16:16
  • 88 726
  • 0

Пераброддзе 2012. Погляд вучонага

  • 31 август 2012, 15:19
  • 42 541
  • 0

  • 11 февраль 2011, 11:20
  • 42 375
  • 0

Кандыдатамі жадаюць стаць

  • 21 август 2012, 15:30
  • 36 592
  • 0

Вагон "вярнуўся"

  • 11 июнь 2013, 10:04
  • 0
  • 2

Пра тых, хто акты рэгіструе

  • 19 декабрь 2012, 09:24
  • 0
  • 2

Трагічны люты

  • 01 март 2011, 09:00
  • 25 724
  • 2
Курс валют у Міёрах
Святы
Праздники БеларусиБлижайшие праздники Беларуси

Православные праздникиБлижайшие православные праздники

Католические праздникиБлижайшие католические праздники

Именины 9 августа 2020
Герман, Иван, Кирилл, Климент, Константин, Наум, Николай, Платон, Анфиса

Именины 8 августа 2020
Игнатий, Моисей, Сергей, Федор, Прасковья

Госці краін

free counters
Партнеры сайта